ИСТОРИЯ ОДНОЙ СЕМЬИ. НАЧАЛО

Глеб Анищенко

Глеб Алекса́ндрович Ани́щенко (род. 13 октября 1952, Москва, СССР) — русский поэт, литературовед, публицист, издатель и журналист, общественный и религиозный деятель, педагог.

Подробную информацию об авторе можно прочитать здесь

 

——————————————

ИСТОРИЯ ОДНОЙ СЕМЬИ.

АРХАНГЕЛЬСКИЕ[1]

Памяти Наталии Ивановны Анищенко

 

Это история моей семьи (по материнской линии), которая жила в конце XIX – начале XX веков на юге Российской Империи – на Слобожанщине, в уездном городе Сумы, на той территории, которая нынче именуются Украиной. Семья эта, в общем-то ничем особенным не примечательна – похожа на множество других таких же, составлявших по крупице культуру России. Революционные события начала XX века разбили на осколки эту культуру. На осколки разлетелась и семья. Собрать ее в нечто единое невозможно даже в ретроспективном воображении.

Моей задачей было высветить хоть какие-то из этих осколков. Сам понимаю, что изображение вышло туманным: слишком много лет прошло, слишком мало людей знающих осталось в живых. Утешает лишь то, что не я один, а мы все, как правило, начинаем запечатлевать историю только тогда, когда она подернется этим самым туманом. До тех пор она не история, а настоящее.

Анищенко-1

СЕМЬЯ АРХАНГЕЛЬСКИХ

Сумы, Троицкая улица, 27. 1911 год

Нижний ряд (слева направо): Пелагея Порфирьевна, Михаил Егорович,

Ольга с сыном Колей, Мария, Николай Александрович Лащенков (муж Ольги).

Верхний ряд (слева направо): Галина, Глеб, Зоя, Софья.

  1. Михаил Егорович и Пелагея Порфирьевна

Мой прадед МИХАИЛ ЕГОРОВИЧ АРХАНГЕЛЬСКИЙ происходил из поповских детей, отец его был священником[2]. Сама фамилия – дьячковская: именно дьячковским детям давались фамилии по тем храмам, где служили их отцы (Преображенские, Спасские, Космодемьянские, Архангельские).

М.Е. был директором Александровской мужской гимназии в Сумах, потом – инспектором народных училищ Сумского уезда Харьковской губернии, действительным статским советником (IV класс по Табели о рангах, равный военному генерал-майору), хотя и был потомственным дворянином лишь в первом поколении.

Анищенко-2

Последняя совместная фотография

Михаила Егоровича и Пелагеи Порфирьевны

Белополье, 15.6.1917

Надпись рукой М.Е. на обратной стороне: «Старые соловьи на отлете».

Через несколько месяцев он действительно «отлетит», а П.П. «лететь» еще 13 лет.

Наше семейное предание: как-то М.Е. объезжал училища уезда, и на дороге его экипаж остановили разбойники. Сняли шикарную енотовую шубу, но когда узнали, что он учитель, шубу вернули.

М.Е. в своем кругу считался человеком непьющим, так как никогда не пил вина в обществе. Однако у него была специальная рюмка на 150 гр. водки, которую он ежедневно выпивал перед обедом – «для здоровья». Завтракал же неизменно яичной тюрей (в большой чашке яйца всмятку перемешивались с белым хлебом). Меня в детстве кормили этим блюдом, которое так и называлось «Как дедушка».

Умер М.Е. в Сумах между двумя революциями (в промежуток июнь–октябрь 1917-го г.). С этой поры и переломилась вся жизнь семьи. «Жизнь-то им как раз перебило на самом рассвете», – пишет Михаил Булгаков о своих героях Турбиных, у которых умирает мать в то же приблизительно революционное время.

Женат М.Е. был на ПЕЛАГЕЕ ПОРФИРЬЕВНЕ (урожденной  Черненко). Еще одно предание: как-то у нее в роду был ювелиром. Так как ювелиры в России – преимущественно евреи, то старшая из детей Архангельских – Зоя (которая сей народ не слишком любила) переживала по этому поводу. Хотя судя по отчеству (Порфирьевна), прабабушка тоже из духовного звания, а там была чистота крови, смешанные браки случались редко.

А вот казачья кровь, несомненно, была. Причем, «хорошая». П.П. состояла в каком-то родстве с братьями Богаевскими – Африканом и  Митрофаном –  знаменитыми белыми донскими атаманами. Отношения с семьей Богаевских Архангельские поддерживали еще в 1910-е годы: сохранилась открытка,  подписанная «Е. Богаевская» (может быть, Елизавета Дмитриевна, жена Митрофана Петровича?) к Софье Михайловне, от апреля 1914-го.

Анищенко-3

Пелагея Порфирьевна после смерти мужа и Октябрьской революции осталась в доме Архангельских в Сумах (Троицкая улица, 27) с дочерьми Зоей (старшей) и Софьей (младшей),  позже вернулась из Москвы Галина. Сначала дом ограбили цыгане: зашли попросить молока, П.П. спустилась в погреб, а за это время вынесли все женские драгоценности и жалованье дочерей. Потом ограбили большевики: так как площадь дома чуть-чуть превышала норму, установленную новой властью, он был национализирован. Архангельских переселили во флигель. Разбойники в свое время шубу отдали, узнав, что она – учительская, а большевики дом так и не вернули.

Новая власть в первые же дни начала устраивать пьянки в конфискованном доме, случился пожар – дом частично сгорел. П.П. какое-то время жила во флигеле и на даче Архангельских в Белополье, а в 1927-м дочь Мария забрала ее к себе в Ленинград, где П.П. и скончалась в 1930-м году. Похоронена на Смоленском кладбище.

У М.Е. и П.П. было пять дочерей и сын: Зоя и Ольга (старшие, родившиеся значительно раньше остальных), Мария, Галина, Глеб, Софья.

 

  1. Зоя

ЗОЯ МИХАЙЛОВНА АРХАНГЕЛЬСКАЯ (4.6.1877–1942) – старшая из детей.

Анищенко-4

Зоя Архангельская

Август, 1914

Михаил Егорович не скупился на образование дочерей и предоставлял им выбирать то учебное заведение, которое они захотят. Зоя выбрала Сорбонский университет и окончила его филологический факультет (в варианте высших женских курсов) с единственной в выпуске золотой медалью (среди француженок). Насколько можно судить по ее записям и письмам, З.М. была самым образованным и интеллектуальным человеком в семье. Долго преподавала в Финляндии, на женских курсах в Гельсингфорсе (нынешние Хельсинки). После Февральской революции вернулась в Сумы, служила учительницей, библиотекаршей. Жила во флигеле на Троицкой, 27 (Дзержинского, 35).

Во время оккупации Сум кто-то из бывших учеников донес, что З.М. знает немецкий язык, и немцы мобилизовали ее в переводчицы. По мировоззрению Зоя, несмотря на то, что провела значительную часть жизни во Франции и Финляндии, была убежденной русской националисткой,  и можно представить, каково ей было служить у немцев. Правда, длилось это очень недолго. Какой-то мальчик украл пистолет у германского офицера. Немцы взяли заложников из сумчан, собрали жителей и объявили, что будут расстреливать заложников до тех пор, пока пистолет не вернут. З.М. всё это переводила. Закончив, упала на колени, умоляя немцев пожалеть людей. Еле дошла до дому, и в тот же день Зои Архангельской не стало – сердечный приступ. Страшно подумать, как бы сложилась судьба бывшей немецкой переводчицы, переживи она оккупацию. Старшая из сестер и умерла первой (второй из детей – через 23 года после Глеба), в 65 лет. Похоронена в Сумах.

Я упоминал о нелюбви Зои Михайловны к евреям. Вообще, с другими национальностям у нее были сложные отношения: не жаловала поляков и финнов, боялась китайцев (вероятно, под влиянием «панмонголизма» Владимира Соловьева). Тем не менее, накопленные деньги передала чистокровной еврейке Лидии Миллер (первой жене своего племянника Николая Николаевича Лащенко), чтобы та распоряжалась ими для помощи сестрам Архангельским и их детям. Зоя не обманулась: Лида скрупулезнийшим образом выполняла возложенную на нее миссию.

З.М. была крестной моей матери.

[1] Многие годы собирался написать об Архангельских, да всё как-то руки не доходили. А летом 2015-го почувствовал, что сделать это необходимо. Оказалось, что выбор времени провиденциален. 25-го июля, когда я только что закончил очерк, скончалась моя мать Наталия Ивановна Анищенко. Она была последней хранительницей семейных преданий, очень ими дорожила. После ее смерти писать об Архангельских мне было бы бессмысленно: многие факты и подробности я не знал. Но всё-таки успел, хотя и в последний момент, расспросить ее.

[2] Сейчас считается, что Георгий – единственно правильная православная форма имен Юрий, Егор. А вот раньше-то, выходит, даже священник мог именоваться Егором.

Читать следующую часть

Реклама

7 комментариев to “ИСТОРИЯ ОДНОЙ СЕМЬИ. НАЧАЛО”

  1. Спасибо автору. Спасибо вашему сообществу! На одном дыхании прочла эту историю, тем более, что это история и моей семьи тоже! Давно интересуюсь своей родословной. Моя девичья фамилия Лащенко, я дочь Валерия Николаевича Лащенко. Когда-то, лет 10 назад, решив воссоздать свое генеалогическое дерево по фамилии Лащенкова (мне давно рассказал отец, что именно так она звучала до украинизации), нашла на фамилию моих предков Архангельские. И папа тогда мне рассказал, что я на верном пути. Но, к сожалению, сайт более информации не давал…Надеюсь на ответ автора, моего троюродного дяди, которого вчера папа вспоминал с огромной теплотой и желанием связаться. И огромное спасибо ему еще раз!

    • Здравствуйте, Надежда! Большое спасибо за отзыв! Обязательно перешлю Ваш комментарий автору.

    • Дорогая Надя (позвольте мне так к Вам обращаться)!
      Несказанно рад Вашему (конечно, совершенно неожиданному для меня) отклику на мои записки. Я, когда их писал, страшно сокрушался, что как-то напрочь утерялась связь с Вашим отцом. Во-первых, я Валерика всегда помню и очень люблю. А во-вторых, мне, конечно, нужна была его помощь в уточнении данных и исправлении возможных ошибок (по вашей линии). Со всеми живыми и известными мне потомками Архангельских связался, а вот с Валериком не знал, как. Впрочем, ничего не упущено: в мае-июне мои записки будут публиковаться в московском журнале «Голос эпохи». Если у отца Вашего будет желание прочесть мои писания, то может быть, он что-то уточнит, исправит, дополнит? Сохранились ли у него какие-то документы, хоть косвенно связанные с Архангельскими? Валерик ведь был замечательным фотографом, сохранились ли какие-то фотографии? В частности он приезжал к нам с тетей Лидой году в 1958-м и много фотографировал. У меня почти ничего из этого не осталось: архив сгорел при пожаре на моей даче. Но дело даже не в этом: просто хочется восстановить связь с Валериком. Виделся с ним последний раз, кажется, году в 78-м.
      И вообще, напишите мне про ваших, «киевских».
      Ели интересно, вышлю полный текст моих записок (клуб Булатовича публикует по частям). могу прислать и фотографии Лащенок-Архангельских, не вошедшие в записки.
      Жду ответа.
      На всякий случай, мой телефон: 910 520 83 11.
      Честь имею
      Глеб Анищенко

      • Здравствуйте Глеб!
        Спасибо Вам за такое теплое обращение ко мне – «дорогая». Это так сближает! Я почувствовала, что мои «корни» напитались тем живительным источником памяти о наших родных, которых нет с нами; а также любовью и энергией тех близких, кто рядом.
        Должна Вам сообщить, что мой отец на сегодняшний день имеет проблемы со зрением и не может без помощи отыскать в своих «архивах» ту информацию, которая у него могла сохраниться. Это немного затормозит процесс. Много фотографий папа хранит в загородном доме и обещал их перебрать. К сожалению, дом в Сумах, и квартира в Питере (Михаила Николаевича) были, можно так сказать, «захвачены» мошенниками. Мы с папой пытались забрать из дома Михаила Николаевича хоть что-либо, касающееся антикварных книг и фотографий, которые Михаил Николаевич так бережно хранил в полном порядке и на почетном месте, но…тщетно. Нас даже не пустили на Перевозный переулок, где он жил. Фотография Ольги Михайловны стояла у него на рабочем столе, я ее помню. Недалеко от нее стояла фотография второй по значимости женщины в его жизни – Татьяны Николаевны. В свое время мы часто встречались с нашим Питерским «дядей». Так сложилось, что намного чаще, чем со своим родным дедушкой – Николаем Николаевичем. Михаил Николаевич часто бывал в Киеве с т.Таней. Слово «дядя Миша» так и вписалось в наше с сестрой понятие (так называл его наш папа). Да и сам дядя Миша по отношению к нам был так нежен в своих чувствах, что мы не ощущали такой огромной разницы в возрасте. Мы, будучи детьми, просто обожали его юмор и то, как он его преподносил — он хохотал вместе с нами как ребенок!
        Глеб (Глебушка) – именно так в нашей семье Вас величали, а Вашу маму, Наталью Ивановну – Талочка, «Талочка из Москвы», так я помню с детства. Я со своей стороны буду содействовать, чтобы как можно больше информации собрать в Киеве. От Вашего предложения не отказываюсь: выслать полный текст записок и фотографии, которые не вошли публикацию. И, если возможно, тех фото, что есть в дубликатах – Лащенок – Архангельских.
        Вашим номером телефона воспользуюсь для передачи личных контактов моих и моего отца в ближайшее время.
        С огромной теплотой,
        Надежда

      • «в уездном городе Сумы, на той территории, которая нынче именуются Украиной»…
        «М.Н. уверял, что табуретка на малороссийском наречии называется пиджопник (не знаю, правда ли, не проверял)…»
        «В 20-е годы, уже после смерти Николая Александровича, под влиянием «украинизации» Малороссии и Новороссии семья была вынуждена отбросит от фамилии «Лащенков» конечную «в» и мимикрировать под украинцев. Хотя у О.М. малоросская кровь действительно была – по линии Пелагеи Порфирьевны…»
        «Николай Николаевич, надо сказать, старался быть достойным своей новой фамилии: «любил» мову. Например, уверял, что на гербе УССР марксистский лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» переведен следующим образом: «Голодранци з усиго свиту, в одну кучу – геть!». А название французского вина «Шато-Икем» (оно у нас продавалось в советское время, но, кажется, молдавского производства) расшифровывал так: «Шановни товарищи, идите к …». Что Н.Н. на самом деле любил, так это малоросское произношение. Рассказывал, что когда пасечник протяжно вопрошал: «Хочешь м-э-э-э-ду?», казалось, этот м-э-э-э-д сам лился в рот…»
        «Иван же остался в СССР со своим образованием. После института служил инженером на хлебозаводе в Черкассах. В Малороссии и встретил Софью Михайловну…»

        Удивительно «трогательное» отношение автора к Украине и украинцам. Чтобы не выходило языковых анекдотов, можно использовать словари, например, Б.Гринченко или «Академический словарь украинского языка». По поводу украинизации фамилии Лащенков. В период существования Российской империи украинские фамилии часто подвергались русификации — к -ко в конце добавляли -в. Отъем последней буквы — возврат к прежней родовой фамилии; тут автор совершенно зря уличает своих родственников в желании раствориться в украиноязычной среде. Полагаю, они и не чувствовали себя в ней чужаками.

        М.Е.Архангельский длительное время до занятия должности инспектора мужской гимназии работал на преподавательской должности в Сумской женской гимназии, а затем перешел в штат Сумской Александровской гимназии, оставаясь совместителем в СЖГ. В 1900-е годы Зоя Михайловна работала в той же женской гимназии классной надзирательницей

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: