Три Варвары. Часть третья

Юрий Кочи

ИЗ КНИГИ «ГЕРОИ НЕ НАШЕГО ВРЕМЕНИ»

(Три Варвары, Репнины, Волконские, Шевченко и др.)

Читать предыдущую часть

Варвара Васильевна – внучка Варвары Алексеевны

 

Писатель Сергей Довлатов рекомендовал и сам стремился не применять в предложении больше одного слова начинающегося на одну и ту же букву.

Как видно из заголовка, эту довлатовскую «норму» я перевыполнил в 4 раза. (Шутка, конечно).

Валентин Серов. Портрет графини Варвары Васильевны Капнист. 1895 год.

Валентин Серов. Портрет графини Варвары Васильевны Капнист. 1895 год.

Про внучку Варвару известно немного. Это огорчает, но все же, мы найдем, что сказать.

Итак, Варвара Васильевна Репнина-Волконская (1840-1922) в замужестве Капнист. Это год приезда в Яготин (усадьбу Репнина) двух известных по тому времени людей – предводителя дворян Миргородского уезда Капниста Алексея Васильевича и выпускника Петербургской академии художника Шевченко Тараса Григорьевича.

Цель приезда названных выше людей разная. Капнист, на правах друга семьи князя, наносит дружеский визит, а Шевченко, получив заказ, от местного мецената Тарновского (и Капниста), собирается приступить к работе – делать (писать) копии картины Н.Г. Репнина швейцарского художника Горнунга.

Работая над «заказом», Тарас Григорьевич находит время для написания парного портрета внуков старого князя – Варвары и Василия (дети сына Василия).

Варвара со временем станет невесткой Алексея Капниста, когда его сын Василий Алексеевич в 1867 г. женится на ней.

На упомянутом портрете Варваре всего три года. Можем сейчас полюбоваться: у художника Шевченко две милые детские головки – племянники Варвары Николаевны. После написания она получит этот портрет в подарок от автора.

В настоящее время портрет внуков Репнина хранится в Центральном музее Т.Г. Шевченко в Киеве.

Валентин Серов. Михайловка. Этюд. 1890-е годы

Валентин Серов. Михайловка. Этюд. 1890-е годы

В энциклопедическом справочнике «Сумщина в іменах» за 2003 г. относительно Варвары Васильевны авторы В.М. Власенко и Ю.В. Голод дают такую информацию: «Варвара Васильевна – правнучка К. Разумовского, дочь князя Репнина Василия Николаевича, супруга Капниста Василия Алексеевича, родилась в Яготине, коллекционерка и благодетельница. Выйдя замуж, стала жить в с. Михайловке Лебединского уезда.

В селе Межирич основала мастерскую, которой руководил Ф.Р. Падалка»! (В упомянутой выше книге «Падалка Федор Романович – мастер керамичной скульптуры. Жил и трудился в с. Межирич. Руководил мастерской, основанной В.В. Капнист. Работы сохраняются в музеях Харькова. Награжден серебряной медалью Харьковской кустарной выставки (1887).

С 1867 г. она опекун Лебединского женского училища, член опекунского совета Лебединской протогимназии (затем гимназии).

В 1910 г. основала именную стипендию.

В 1919 г. во время деникинской оккупации покинула с. Михайловку… (Её путь лежал в эмиграцию. Прим. Ю.К.).

Известен её портрет работы Серова В.А. (1895-1897), также Святенко И. (1910). Про парный портрет работы Т.Г. Шевченко мы упоминали выше.

 

Осоргин о Варваре, Капнисте и др.

 

Год 2013-й, январь. Приятной неожиданностью стало для меня прочтение книги «Воспоминания» Осоргина М.М.

Публикация книги существует в электронном виде. Помог получить её Траскин Н.В. (г. Москва).

Коротко об авторе: «Осоргин Михаил Михайлович (1861-1939), действительный статский советник, Харьковский вице-губернатор (1898-1902), камергер Двора Его Величества, в эмиграции с 1931 г., протоиерей, настоятель храма русской церкви в Кламаре (Франция).

Описывая период своего пребывания на посту Харьковского вице-губернатора, Осоргин в книге «Воспоминания» упоминает много известных имен (в том числе связанных с Сумами, Сумским и Лебединским уездом).

В первую очередь интересен для меня предводитель дворян Харьковской губернии Капнист В.А. и его супруга Варвара Васильевна.

***

Глава VIII.

Государственная служба, Харьков (1898-1902).

О Харькове и Калуге. «После Калуги Харьков кажется не только столицей, но и европейским городом.

В нем нет красоты Калуги с её садами и видом на Оку, но зато, по сравнению, на первый взгляд кажется он верхом благоустройства; хотя в последствии, когда я уже окунулся в деловую сторону жизни, убедился, что в Харькове  гораздо больше показного, чем настоящего. На первый взгляд невыгодное впечатление делает малое количество церквей в городе: всего тогда 18, кроме домовых, а в Калуге – крошечном городишке – 36.

Мостовые харьковские после калужских показались мне особенно хорошими, чего не скажу про извозчиков. Калужские пролетки… призы брали на местных бегах. С ними могли конкурировать только баснословно дорогие лихачи Петербурга и Москвы».

***

Встреча на вокзале действующего тогда Харьковского губернатора Тобизена с прибывшим вице-губернатором Осоргиным (примечание: вице (лат. Vice) – помощник): «Очень я тогда сконфузился, когда увидел на перроне вокзала Тобизена, выехавшего меня встречать; любезность со стороны губернатора своему вице – исключительная, но Герман Августович уж такой был человек: всех очаровывал своей любезностью. Рядом с ним

И.Святенко. Портрет Василия Алексеевича Капниста

И.Святенко. Портрет Василия Алексеевича Капниста

стояла совершенно мне неизвестная личность, с которой Тобизен меня познакомил; это оказался губернский предводитель дворянства граф Василий Алексеевич Капнист (брат дяди моей жены), выехавший встречать своего брата *Дмитрия Алексеевича, но последнего в поезде не было».

——————————-

*(Дмитрий Алексеевич – автор «Спогадів». Его отец – адмирал Алексей Павлович был расстрелян в Пятигорске (1918 г.).

***

О Капнисте, Варваре Репниной и их сыне

 Губернский предводитель дворянства, милейший, добрейший, но и оригинальнейший граф Василий Алексеевич Капнист был совершенно под башмаком своей жены «Вер-р-роники» (так он её звал; урожденная княжна Репнина). С Зинаидой Семеновной (жена губернатора. Прим. Ю.К.) она не ладила и отношения были очень натянуты.

Свойство Капнистов с Лизой (жена Осоргина) через тетю Эмилию способствовало хорошим с ними отношениям, но интимности, все-таки, никогда не было. Жили они в собственном доме на Благовещенской, где все было отделано со вкусом, но очень просто. Кустарными произведениями (вспомним мастерскую Ф.Р. Падалки). Они мало принимали, и главное, тряслись над сыном Алексеем, очень красивым юношей, но тогда уже кутилой и mauvais sujet  (фр. – скверный субъект).

Обе их дочери были уже замужем и жили в Петербурге (Елизавета Капнист стала супругой Владимира Мусина-Пушкина, а её сестра Варвара – супругой Алексея Мусина-Пушкина. Две сестры – два брата. Прим. Ю.К.).

Алексей Капнист настолько заботил своих родителей, что те постоянно спрашивали у всех советов по делу его воспитания».

Из книги «Сумщина в іменах»,  изд. 2003 г. Об Алексее Капнисте – сыне Варвары Репниной и Василия Капниста: «Закончил Харьковский университет. Служил в гвардейском конном полку в Петербурге. Гласный Лебединского и Харьковского уездного земств. В Первую мировую предводитель дворян Лебединского уезда (и это mauvais sujet   по Осоргину. Не спешите с выводами – люди с годами меняются. Прим. Ю.К.). Дал средства на строительство железобетонного моста в с. Михайловке через р. Псел. Имел 4598 десятин земли (1914), винокуренный завод (с. Грунь), конный завод, водяную мельницу.

В 1917 г. покинул Лебединщину. Жил во Франции.

***

Встреча царя Николая ІІ и государыни в Борках (30 верст от Харькова, год 1898).

В 1888 году было совершено покушение на царскую семью (правление Александра ІІІ) и поезд, следовавший через эту станцию. (По случайному совпадению за удачные фотографии тех событий фотографу-очевидцу А.М. Иваницкому (1865-1920) присвоен дворянский титул. Прим. Ю.К.).

Дворянство в лице всех своих представителей встречало царскую семью; город в лице представителей от городской Думы, депутации от гласных с городским головой Голенищевым-Кутузовым, а также сословия – депутаты от цехов и местных волостных и сельских должностных лиц, духовенство в большом составе ожидало царя в Борках.

Дамы, предводимые Тобизен (жена губернатора) и графиней Капнист (Варвара Репнина), должны были там же представляться государыне.

… В Борках, у подножия лестницы, спускающейся с насыпи, с одной стороны стояли дамы, а с другой стороны – дворянство имея первым графа Василия Алексеевича Капниста, а за дворянами – я и потом следующие представляющиеся.

Очень торжественная минута была, когда плавно подошел поезд под звон колоколов храма в Борках и соседнего Спасова скита. Государь с государыней в сопровождении Тобизена… подошли к дворянам и граф Капнист, поднеся букет императрице, обратился к государю с речью, начинавшейся словами: «На этом месте, некогда пустынном…» Милейший граф Василий Алексеевич до того всем надоел этой речью, которую он каждому декламировал. Но всего лучше было то, что он её уже раз сказал без всяких вариантов в предыдущий приезд его величества.

Государь на это приветствие улыбнулся, потому что Гендриков (сопровождающий царскую свиту. Прим. Ю.К.) в поезде за завтраком изобразил в лицах ожидаемую речь Капниста, и столь похоже, что увидев и услышав подлинник, его величество не удержался от улыбки.

Мое личное представление царю ограничилось лишь тем, что Тобизен назвал мою фамилию и должность, а его величество спросил, давно ли я здесь вице-губернатором, и, увидев на моем мундире жетон кавалергарда и знак Пажеского корпуса, спросил, какого я выпуска и когда покинул полк.

Гиршман – «святой» человек

  Знакомство с Л.Л. Гиршманом (родственник Капнистов).

Гиршман был тоже из профессорской среды: Леонард Леопольдович, европейски знаменитый окулист, и его жена Юлия Александровна, урожденная княжна Кудашева, были на редкость милые люди. Он был более, чем хороший – просто святой человек.

Леонард Леопольдович Гиршман

Леонард Леопольдович Гиршман

На нём оправдывалось определение еврея, что либо он пархатый жид, либо он великий праотец-патриарх. Гиршман был, понятно, последним и вся его наружность, какая-то особенно длинная Аароновская борода, добрые глаза, мелкая походка и речь плавная, тихая, не искательная но проникнутая добротой. Жена его, неумная женщина, искупала это неслыханной добротой и отзывчивостью. Вся их жизнь была делом добра для ближнего.

Ефимович, редактор «Харьковских губернских ведомостей», о котором я уже упоминал, рассказывал мне, как он однажды проезжал на «Ваньке» (дешевая пролётка Прим. Ю.К.) мимо дома Гиршмана и удивился, что возница его снял шапку и стал креститься. «Где же тут церковь или образ, что ты крестишься?» — спросил он его, а тот ему отвечает: «Вы, барин, видно не здешние, что не знаете, что живёт здесь доктор Гиршман – святой человек; сколько он добра делает; и меня самого вылечил, а то быть бы мне слепым, да не только вылечил, но и помог стать на ноги, семью мою поддержал, и вот теперь слава Богу, и я здоров, и семья сыта!»

Действительно, Леонард Леопольдович постоянно благотворил, но всегда таким тайным, неприметным образом, что облагодетельствованные им часто даже не знали, кто им помогает.

…Любовь общества к этой семье сказалась особенно ярко уже после нашего отбытия из Харькова. По интригам молодых профессоров Харьковского университета, мечтавших вручить кафедру глазных болезней кому-нибудь из молодых, Гиршман не был избран заведующим клиникой; тогда всё общество единодушно устроило подписку, в коей мы тоже участвовали, так как нам известили в Сергиевском, где мы проводили зиму после моей первой отставки, и на собранную крупную сумму денег оборудована была глазная больница ещё лучше университетской клиники, но меньшего размера (…через три года открыли больницу на 10 коек. Позже построили здание на 65 коек. Прим. Ю.К.). Назвали её Гиршмановской и преподнесли оную с капиталом на ёё содержание Леонарду Леопольдовичу, дабы он свою плодотворную деятельность продолжал в самом Харькове.

***

Из «Рабочей газеты» №61, от 3 апреля 2010 года. «Он возвращал людям зрение»:

«25 марта 1908 г. главной лечебнице Харькова было присвоено имя Леонарда Гиршмана».

Будущий офтальмолог родился 25 марта 1839 года (Михаил Лермонтов был ещё жив… Ю.К.) в латвийском городе Тукуме. Вскоре Гиршманы переехали в Харьков. Здесь же Леонард закончил гимназию с золотой медалью.

Медицинский факультет Харьковского университета тоже закончил с отличием. Посчитал необходимым продолжить образование за границей. Работал (и учился) в клиниках Франции, Австрии, Германии. Получил предложение на работу в Америке, но вернулся в Харьков. Защитил диссертацию на степень доктора медицины, стал преподавать офтальмологию в университете.

Специальной клиники для лечения глазных заболеваний в Харькове тогда не было. Гиршман принимал своих больных дома.

К нему обращались люди разных сословий – от крестьянина – до сановника из Петербурга. Никаких преимуществ высокопоставленные лица не имели (!!! – Прим. Ю.К.)

Люди (больные) спокойно ждали своей очереди, зная, что никому не откажут. «У врача нет последнего часа работы, есть последний пациент», — говорил Леонард Леопольдович, заканчивая работу и после 12 часов ночи. Одновременно он вёл в университете первый в России курс офтальмологии.

Когда в Германии к одному профессору приехал русский пациент, он удивился: «Зачем вы здесь? У вас ведь есть Гиршман».

В год его 75-летия (1914 г.) Гиршмана избрали почётным гражданином города (Харьков).

Насколько велико было уважение к этому человеку, свидетельствует такой факт. В 1919 году в городе хозяйничали грабители. Как-то бандиты остановили коляску, в которой ехал Гиршман, и стали требовать деньги. Но когда злодеи узнали, кого хотели ограбить, тут же вернули отобранное и даже проводили доктора домой.

3 января 1921 года Гиршмана не стало. Народный комиссариат здравоохранения Украины сообщило о смерти «великого врача – друга рабочих и крестьян».

19 ноября 2009 года на территории 14-й городской офтальмологической клиники, которую когда-то основал Гиршман, открыли памятник. На постаменте профессор держит за руку слепую девочку, запрокинувшую лицо к солнцу»

Статья в упомянутой выше газете была написана Татьяной Хлебниковой с моими небольшими комментариями (Прим Ю.К.)

И последнее: сын профессора Леонарда Гиршмана – Александр был женат на «некой» Марии (1884-1917) из рода Петра Пинкорнелли и Анастасии Капнист.

Потомки Гиршманов по этой линии живут во Франции.

  

Варвара Репнина – Вера Харитоненко

 Последние воспоминания о Варваре Репниной-Волконской, портрет которой с братом Василием рисовал (писал) Т.Г. Шевченко, имеются в письме Веры Андреевны Харитоненко Александру Прянишникову. Харитоненко уже второй год как в эмиграции, а Прянишников «отряхнув прах России с ног своих» с семьей и И.Д. Траскиным приехал в Европу (морем) из «белого» Крыма.

Февраль 1921 год. «GRAND HOTEL» ROME.

«Многоуважаемый Александр Петрович»! …Передайте Илье Дмитриевичу, что графиня Варвара Васильевна Капнист в Риме и всё хворает. Относительно визы буду стараться, очень жаль, что вы, будучи в Венеции, не дали мне знать о вашей просьбе. Тогда можно было всё устроить в несколько дней. Как перенёс Илья Дмитриевич морскую поездку – он так боялся морской болезни?… Передайте мой привет Елизавете Ивановне (жена Прянишникова), Илье Дмитриевичу и всей вашей семье. Искренне уважающая В. Харитоненко».

***

Прянишников Александр Петрович (1854-1936), участник русско-турецкой войны (1877-1879), автор книги «Запись того, что я помню» (о военных действиях 9-го драгунского Казанского полка в русско-турецкой войне).

Совладелец Куяновского сахарного завода. Девятнадцать работ его брата Ивана Прянишникова хранятся в Сумском художественном музее им. Н. Онацкого.

Траскин Илья Дмитриевич (1851-1925). С 1887 по 1917 г. предводитель дворянства Сумского уезда, совладелец Куяновского сахарного завода. Часть своих земель сдавал в аренду Харитоненко П.И.

Мать – Аделаида Ильинична Капнист (1829/30-1874)

В. Харитоненко (1859-1923) урожд. Бакеева – супруга Павла Ивановича Харитоненко («сахарного короля»).

В эмиграции В.Репнина и В.Харитоненко прожили недолго. Умерли от невзгод, переживаний, болезней и Ностальгии. Первая ушла в тот Мир в 1922 г. в Риме(?), другая — на год позже в Мюнхене в 1923 г.

(Из книги «Герои не нашего времени» изд. 2011, Кочи Ю.В.)

Жаркое лето 2014-го. (Кочи Ю.В.)

 P.S. Если в Сумах, не спеша, пройтись по улице Соборной, то недалеко от Преображенского собора по улочке, ведущей к базару, прямо на скромном постаменте, в непринужденной позе старого «рубаки» стоит гусар, а слева от него двухэтажный дом, на углу которого красуется доска как легенда и память о генерале Кульневе (1763-1812), «обитавшем» в апартаментах этого дома и друзьях-гусарах, навещавших его там.

На мраморной доске (хорошего исполнения и вкуса) в числе четырех особ упоминается Сергей Волконский, про которого мне хотелось бы добавить еще пару строк.

О Волконском и его преданной супруге Марии Волконской, последовавшей за ним в Сибирь, когда по милости императора, ему как одному из главных «зачинщиков», смертная казнь была заменена 20-летней каторгой.

17 августа 2014 г. (Ю.К.)

Реклама
Метки:

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: