«Кругосветки» Василия Головина

Юрий Кочи

Читать предыдущую часть: «Побратим поэта – Жак де Бальмен«

————————————

На мой, малопросвещенный, взгляд, наибольший интерес из ближайших родственников писателя и художника Якова де Бальмена для нас представляет его дядя флигель-адъютант граф де Бальмен и факт его пребывания на острове св. Елены в качестве представителя России в охране Наполеона Бонапарта (1815-1821). Умер Наполеон в мае 1821 года.

***

А теперь немного истории. Год 1819. Закончилась эпоха Наполеоновских войн (1799-1804) и империи Наполеона І (1804-1814, 1815). Шестнадцать лет великий корсиканец своей экспансией сотрясал Европу от испанского Мадрида на западе и заканчивая Москвой «златоглавой» на востоке, включая Лондон, Рим, Берлин, Вену и Варшаву.

Закончились «100 дней» (20 марта-22 июня), когда неугомонный завоеватель, покинув свой первый «арестантский» остров Эльбу, высадился в 1815 году (1000 солдат и 6 пушек) на юге Франции, без боя взяв Париж, сумел собрать под свои знамена до 275 тысяч солдат, чтобы бросить их в бой под Ватерлоо.

Это было последнее сражение (18 июня 1815 года). Победители в этой битве (Англия и Пруссия) в лице своих полководцев на этот раз ссылают Наполеона на далекий, заброшенный в океане остров св. Елены, расположенный в тысячах километров, подальше от Парижа и Ла-Манша.

***

В этом же 1819 году завершается кругосветное плавание – заветная мечта капитан-лейтенанта Василия Головина – будущего адмирала российского флота. (Газета «Тайны прошлого». — №39, 2014).

Путешествие началось в 1817 году – два года спустя после Венского конгресса (1814-1815)* и битвы при Ватерлоо.

Корабль Головина «Камчатка», посетив Курилы, юго-восток Камчатки, описав северо-западные берега Америки, пройдя Манилу (Индонезия), Южно-Китайское море, обогнув с запада на восток мыс Доброй Надежды (юг Африки), взял курс на север.

Остров св. Елены (владения Англии) лежал посередине Атлантического океана между Южной Америкой и Африкой на широте современной Анголы.

***

Василий Михайлович Головин был не только выдающимся мореплавателем, но и обладал «блестящими писательскими способностями». Книгой, написанной им после возвращения из плавания и переведенной почти на все европейские языки, зачитывались, будто автор пребывал на Луне.

Дикие бесплодные скалы встретили Головина и его команду неприветливо – вдали по синеве океана, вскипающего под ветром белыми гребешками волн, виднелось два фрегата, очевидно, несших караульную службу у острова. Караулили они не кого-нибудь, а самого Наполеона Бонапарта.

К «Камчатке» приблизился английский военный шлюп, с капитаном которого Головин вступил в переговоры. Головин выразил просьбу сделать запрос у коменданта крепости, можно ли русскому военному судну запастись на св. Елене водой.

Губернатор острова, генерал-майор Гудсон Лоу дал «добро» и корабль Головина смог получить необходимую ему воду.

Неожиданной, но приятной была встреча с русским комиссаром при Наполеоне графом де Бальменом (дядя Якова де Бальмена), встретившим гостей с искренней радостью: «Вы не можете себе представить, дорогой соотечественник, как я рад видеть вас и вашего юного спутника (переводчик – Феопемпт Лутковский). Сидя почти три года на этом проклятом богом и людьми острове, я не видел за это время ни одного русского лица.

Узнав, что вчера вечером к острову подошло наше военное судно, я с нетерпением ждал утра, чтобы идти вас встречать. И заранее все обещаю, кроме одного. Увидеть Наполеона губернатор вам не разрешит».

После чего граф угостил своих соотечественников прекрасным обедом, прогулялся с ними по городу и даже довел их до границы долины Лонгвуд, где находился дом Наполеона.

Когда де Бальмен со своими спутниками приблизился к этому месту, он сказал Головину: «Посмотрите внимательно на эти скалы».  «Я ничего не замечаю», — сказал Василий Михайлович. Тогда де Бальмен вынул из кармана миниатюрную подзорную трубу, вызолоченную и украшенную перламутром, и протянул её Головину.

— Да, теперь я вижу… Во многих местах что-то делают люди… Одни сидят на одном месте, другие переходят от скалы к скале, как бы скрываясь за ними.

— Это часовые, стерегущие Наполеона, — пояснил де Бальмен. Теперь идемте дальше, пока можно. Здесь нам уже не нужно зрительной трубы.

По дороге то и дело проезжали патрули на рослых, сытых лошадях с гладко выстриженными гривами и коротко подрезанными хвостами.

— Однако, англичане не скупятся на охрану, — заметил Головин.

— Это еще не все, — отвечал де Бальмен. – Ночью на этой дороге кроме беспрерывно разъезжающих патрулей, устанавливаются офицерские и унтер-офицерские посты и пятнадцать постов рядовых солдат. На высотах Лонгвуда всегда находится такая же охрана.

Василий Михайлович опустил подзорную трубу и вместе со своими спутниками двинулись дальше. Но тут послышался окрик по английски, и рослый солдат преградил им путь ружьем с примкнутым к нему штыком.

— Дальше нельзя, — сказал граф, — пойдемте назад. Кроме английских солдат, тут есть еще ядовитые змеи. Глядите себе под ноги.

— Однако англичане сумели выбрать хорошее местечко для Наполеона, — произнес Василий Михайлович с усмешкой.

— О, они это умеют, когда пожелают, — отвечал де Бальмен, также с улыбкой.

— Особливо для тех, кого они истинно боятся, — закончил Василий Михайлович. Лицо его посуровело.

***

Видно, вспомнил Головин события десятилетней давности, когда он на своем шлюпе «Диана» (мастерски переоборудованном лесовозе) «застрял» по воле англичан в порту на мысе Доброй Надежды (в продолжении одного года и 25 дней).

Это было время, когда Бонапарт размышлял: воевать ли ему с Россией или нет. А «владычица морей» Англия всячески склоняла Россию к войне с «упрямым корсиканцем».

Шли дворцовые интриги. Вспомним, как Наполеон как бы в шутку сделал российскому посланнику Никите Волконскому (следите за датой – 1808 год) для Александра І предложение «разделить мир как яблоко – пополам…» Фактически это было наполовину шуткой. Легенды говорят, что, когда Никита Волконский рассказал Александру про этот эпизод, тот ответил: «Сначала он удовольствуется одной половиной яблока, а затем придет охота взять и другую».

***

Головин смутно знал или догадывался о том,  что творится при дворе. Его шлюп стоит в английском порту на якоре и ждет разрешения у англичан на отплытие, а с России нет вестей.

«Диана» находилась в дальнем углу залива между английскими судами. Головин принимает смелое решение – сняться с якоря и минуя под носом английские корабли, выйти в открытый океан.

Плыли почти без провизии и остатком воды. В конце сентября 1809 года «Диана», наконец, прибыла на Камчатку и описывает Курильские острова…

На острове Кунашир Головин намеревался пополнить запасы воды и пищи, но был коварно захвачен японцами (незваные гости с непонятными намерениями).

До войны дело не дошло. Его заместитель и друг Петр Рикорд писал в Петербург о случившемся, но почта до Камчатки шла месяцами.

Наконец, получив из столицы право вести переговоры с японцами. Рикорд добивается свидания с Головиным, а затем его освобождения.

«Два года в плену у японцев наложило значительную печать скорби на мужественное лицо моего друга, и хотя в глазах блистал прежний огонь великой светлой души его, но утомленность и скорбь не могла скрыться от моих взоров».

Только в октябре 1813 года Василий Михайлович Головин поднялся на борт «Дианы», которая подняв все паруса, взяла курс на Родину.

***

Однако вернемся к нашему повествованию о пребывании славного капитан-лейтенанта Головина (судно «Камчатка» на острове св. Елены (1818)), его встрече с российским представителем в охране Наполеона графом де Бальменом.

В душе Головина была тайная мысль увидеть Наполеона хотя бы издали. История молчит, но, может, ради этого он немного изменил маршрут, пересекая океан.

Высадившись благополучно на острове, казалось, цель была так близка. Зачем тут такие страсти? Сам губернатор мистер Гудсон Лоу не дает на это добро.

А ведь совсем недавно были союзниками и вместе с другими «друзьями» — европейцами так азартно делили наполеоновские приобретения на свой «справедливый» лад (Венский конгресс 1814/15).

Возможно, сэр губернатор, глядя на Головина, понимал, что у русских не меньше «прав» на корсиканца.

Ведь горел не туманный Лондон, а далекая Москва, и, отступая к себе в Париж, Бонапарту довелось форсировать не уютную, обогретую Гольфстримом Темзу, а холодную, неприветливую Березину.

Да, не помог Головину в этом вопросе добрый, милый де Бальмен. Надо было возвращаться на «Камчатку» и поднимать паруса.

В сентябре 1819 года «Камчатка», подойдя к Кронштадту, салютовала о своем прибытии.

Долгие годы личность Головина была примером для русских мореплавателей. Вот как описывает своего наставника Федор Литке**: «В его глазах все были равными… Ни малейшего ни с кем сближения… Все его очень боялись, но вместе и уважали за чувство долга, честность и благородство…»

***

Выше упоминается Федор Литке. Но был еще один участник экспедиции Головина – Петр Рикорд, ставший затем адмиралом. Именно он освобождал Василия Головина из японского плена.

Долго не мог вспомнить, где встречал я еще эту фамилию. Сегодня 26.10.2014 г. пришло «прояснение»: почетную премию Рикорда (в 1894 году – 120 лет тому назад) получил выпускник Петербургского Морского Корпуса Александр Васильевич Колчак – будущий адмирал российского флота и «омский правитель» времен гражданской войны 1918-1920 гг.  («Заглянуть в бездну», роман-газета, 2000).

—————————-

*Вспомним участие в этом конгрессе Николая Репнина-Волконского и его братьев.

**Литке Федор Федорович (1797-1882) – русский мореплаватель и географ, президент Петербургской АН, участник кругосветной экспедиции 1817-1819 В.Головина.

«Федор Литке» — линейный ледокол. Построен 1909. В 1934 году совершил первое сквозное плавание Северным морским путем с Востока на Запад за одну навигацию (СЭС, 1987).

Читать следующую часть: «Братья Прянишниковы«

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: